Топ-100

Денис Октябрь, алкоголик

Собственно, такая ситуация продолжалась вплоть до 1991 года и выпивать случалось только по большим праздникам, причем о том, чтобы утром опохмелиться речи не было. Летом мы с компанией одноклассников (дружили и после окончания школы) устраивали пикники на дачах, предварительно взяв две-три канистры по 20 литров разливного пива, что тоже было проблемой. Приходилось с утра подъезжать на мотоциклах к пивзаводу и следовать за выезжающими машинами к месту продажи пива.

Понятно, что это происходило крайне редко. В 1991 году цена на водку подскочила до 100 рублей за бутылку и пить стали еще реже. При стипендии в 40 рублей в месяц это было почти нереально. Но время шло, и мы так или иначе начали зарабатывать какие-то деньги. Лично я на пару с другом летом 1993 года открыл бар в кинотеатре «Россия».
Именно тогда я впервые начал опохмеляться и стал употреблять алкоголь не реже одного раза в неделю. Обычно это происходило в пятницу и плавно переходило на субботу. Весной 1994 года мы с другом продали наш бизнес, и я ссудил ему свою долю, которую больше никогда не увидел. Встал вопрос о трудоустройстве и по рекомендации моего друга меня приняли в ТК «Новый Регион» внештатным корреспондентом.

За полгода работы я стал главным редактором и ведущим утренней программы новостей. Достигнув определенного положения в телекомпании, я расслабился и начал употреблять вновь, благо бар находился прямо напротив нашей редакции. Летом 1995 года телекомпанию закрыли из-за возникших финансовых трудностей. На тот момент я был уже членом Союза журналистов России и легко устроился в газету «Неделя Удмуртии», где проработал пару месяцев, ибо начал употреблять в компании коллег почти ежедневно для «вдохновения». Так, как пьют на работе журналисты, не пьет больше никто, даже строители. Во всяком случае я больше с такой ситуацией не сталкивался. В прочем моему увольнению с работы в большей степени способствовала крайне низкая зарплата. Журналистов было полно, а формат газеты был не резиновый.

На тот момент мои друзья занимались строительством гаражей и коттеджей и взяли меня к себе. С тех пор пьянки происходили регулярно по выходным, зарплата выдавалась раз в неделю. Осенью 1999 года я познакомился со своей нынешней женой, мы начали встречаться и, в конце концов, начали жить вместе. Мои еженедельные возлияния стали ей надоедать и к весне 2003 года я согласился закодироваться на один год.

Жить трезвой жизнью мне понравилось, так как в этом же году в августе я свозил семью (жена и приемная дочь) в Сочи. Но по прошествии года я вновь взялся за стакан. Дней через десять я снова без принуждения закодировался и снова на год. Так продолжалось десять лет. Я кодировался, пил, снова кодировался. Все время кодировался сроком на один год. Отказываться от спиртного навсегда я не решался. Правда один раз период моей ремиссии составил два с половиной года, это произошло после рождения сына, хотелось быть образцовым отцом, но он чуть подрос и все пошло по-старому.

Пьянки, кодировки, снова пьянки. Последний мой срыв произошел зимой 2014 года. На этот раз я не стал кодироваться и пил вплоть до того момента, как попал сюда – в РЦ «Берег Надежды» в апреле 2015 года.